Жена пришла очередной раз навестить мужа в тюрьме: — Ты знаешь, дорогой, я должна тебе во всем признаться, пока ты был здесь, я изменила тебе. — Ты знаешь, любимая… я тебе тоже… — Но я этого не хотела!!! Это случайно произошло! — А уж я-то как не хотел…
Муж с работы возвращается. Жена на него с криками: — Почему у тебя на голове губная помада!!! — Это не губная помада, это кровь, меня сейчас в подъезде трубой по голове ударили и ограбили! — Ну смотри, твое счастье…
Юг Израиля, пустыня Негев. Вечер. Пехотная бригада резервистов завершает подготовку к учениям, которые начнутся завтра. В одном из бронетранспортеров, закончив подготовку и настройку оборудования, сидят четверо связистов. Ну, это они здесь и сейчас связисты, на время учений. Через неделю они вернутся на гражданку, где снова превратятся в адвоката, фотографа и двух программистов. А пока адвокат и фотограф беседуют о вечном (один растолковывает другому, как правильно разводиться с женой), два программиста слушают доносящиеся снаружи голоса. Голос, принадлежащий командиру роты связи, командует кому-то: “Надо двести метров кабеля, так что возьми три катушки”.
Программисты переглядываются. У обоих в глазах одна и та же мысль — “Неужели в катушке 67 метров?”. “А давай посчитаем”, говорит один другому. И вот оба, вооружившись ручками и блокнотами, начинают считать. Прикинув толщину провода и диаметр катушки, начинают брать ИНТЕГРАЛ. ДВОЙНОЙ. Пределы интегрирования — от диаметра пустой катушки до диаметра полной, и от левого края катушки до правого.
Через сорок минут, озверевшие от их бормотания фотограф и адвокат выгоняют их из БТРа. Света полной луны достаточно, и еще через двадцать минут они выводят окончательный результат. 30 тысяч километров, со знаком минус. Секунду они озадаченно смотрят на минус, потом один с обегчением говорит, что это из-за того, что надо было пределы интегриривания брать не от левого края катушки до правого, а от правого к левому. Минус быстренько зачеркивается…
Один из них выражет общее мнение — “30 000 км это расстояние от Земли до Луны”. Потом они снова задумчиво переглядываются и с недоверием смотрят на лежащие рядом катушки с кабелем. И наконец, дужно выносится вердикт: “Ошиблись где-то, НАВЕРНОЕ.” Усталые, но довольные, они лезут обратно в БТР.
Почему довольные? А потому что программистам не результат важен, а процесс…
По всякому дурью маялись. Однажды летом, в соответствии с народной мудростью готовили лыжи к зимнему периоду несения службы. Подогнать, там просмолить, потом показать старшине, что все нормально и в наличии. Ну а коновязь рядом. Не уверен, что именно мне пришла мысль в голову взгромоздиться на лошадь и потом лыжи пристегнуть, но в итоге обутый в лыжи и верхом оказался я. Получилось пикантно и свежо на фоне однообразных пограничных будней. Послали Марика за фотоаппаратом, предвкушая интересный кадр в дембельский альбом. Радж мой к этому перфомансу отнесся, прямо скажем, не с восторгом, на уровне головы маячили концы лыж, на спине наездник не вполне зафиксированный сидит без седла, ноги по понятным причинам не в стременах. Я тем временем тихонько шагом прохаживаюсь, поджидая пока пленка заряжается, ну и занесло меня на спортплощадку. Я подъехал под перекладину, поднял руки, взялся, подтянулся. Понял, что лыжник летом висящий на турнике, пожалуй тоже неплохо. Тем временем бедное животное, не поняв, куда делась ноша со спины, сделало пару шагов вперед и встало. Я висю. Нахожусь над крупом. Спрыгнуть — чревато отбить о корму коня простату и упасть спиной в опилки под турником. Думаю, отгоню Раджа вперед чуть. Поднял ноги (читай лыжи), и похлопал легонько коня по бокам. Тот сделал движение нетипичное для лошадей, повернул почти на 180` голову и посмотрел наверх, подняв морду, приподняв брови от удивления. Руки висеть уже начали уставать, и я просто пнул его, матюкнувшись, чтоб отошел подальше. Не признавая в висящем лыжнике хозяина (что не удивительно), Радж взбрыкнул и обоими копытами задних ног со всей дури попал мне точно и симметрично по обеим ногам повыше колен. Я исполнил солнышко спиной вперед. Руки разжались в апогее, и по инерции я перелетел этот долбанный турник, упал на коня спиной кверху лыжами, был мгновенно сброшен, при этом обе лыжи сломались аж пополам. Кости оказались целы. Фотосессия сорвалась, свободных лошадей больше не было, а Раджа я не мог поймать потом до вечера, не подпускал. Вместо фотографий получились черного цвета и копытообразной формы синяки на ногах, да походка изменилась на несколько дней. Наслушался также немало теплых слов от старшины, когда сдавал обломки и объяснял причины. Да куда ему понять гимнаста-лыжника из кавалерии. .P.S. Думаю, если этот трюк был бы зафиксирован на пленку, то сгодился для Гиннеса, а в трагическом финале для Дарвиновской премии.
раньше · 07.09.2007 · позже 
