В свое время учился я в Тверском политехе. И был у нас предмет такой — физическая химия. А вела ее очень интересная женщина — Шкилева Ирина Павловна. Однажды у нас была контрольная. По — распорядку. И я ее полностью списал. На следующий день узнаем оценки: две четверки, три тройки, остальное (в т.ч. и мне) — бананы, т.е. неуд. Ну, думаю, ):%:?*:% мать, ;:?%;! Если за это неуд, то откуда списывать? Ну и пошел разбираться, мол, укажите мне мои ошибки и все такое… Ирина Павловна взглянула на меня из под очков и сакзала: — Понимаешь, пупсик, лень мне было вашу писанину проверять. Я хорошие оценки поставила тем, в ком уверена, а в ком не уверена поставила двойки. Ведь если человек думает, что он написал правильно, как, например, ты, то он придет и будет разбираться, за что ему банан влепили, а если он не знает ни %№*?*, то этот банан его оценка и есть и нечего время на него тратить. Поэтому сщас работу твою мы проверим. И проверила. На твердую четверку.
«Когдая работал ещё на Фрунзенской, приехала наша машина--Газелька. Открывается дверь и водитель почти выпадает из неё и ржёт. Спрашиваем:
--Ты чего? Что случилось-то? --Ща, пацаны, отдышусь, расскажу.
И ржет дальше. Отдышался потом и рассказывает.
--Еду мимо выставочного комплекса, проезжаю уже за него метров 100-200, останавливает гаёвый. Ничего не нарушал вроде. Выхожу, а тот и говорит. Ржёт и говорит: „Слушай, извини, но не могу больше. Хочу показать хоть кому-нибудь, что сам увидел“. И показывает водительские права некоего нерусского (то ли грузин, то ли армянин, но оттуда). А на правах — фото 3х4 и….изображение водилы в ПОЛНЫЙ рост…..»
Мужик приходит к врачу и говорит: — Доктор, как мои дела? Как анализы? Кал? — Да, голубчик, ничем не могу вас порадовать. Анализы плохие. А кал — так полное говно!
Рассказал водитель такси Еду в Москве, по окружной. Останавливает мент на посту. Я чуть вперед проехал и из машины выхожу, иду к менту, документы показывать. В это время он еще машину останавливает, а за этой машиной грузовик ехал и ему пришлось резко затормозить, чтобы в переднего не въехать. У грузовика открывается задний борт и оттуда вываливается на дорогу свинья. Здоровая такая, жирная. Водила грузовика выскакивает из кабины и бежит к ней, но что делать не знает. Эта дура, полежала, полежала, поднялась и побежала по дороге навстречу потоку машин. Я стою, смотрю ну офигеваю и все кто навстречу этой туше едут тоже. Водила за ней. Мент ему кричит: Ты борт-то закрой, а то у тебя еще кто-нибудь убежит. Я смотрю, у него там еще свиньи в кузове, уже носом почти наружу. Водила бежит бегом борт закрывать, а менты (их уже не один на дороге) давай свинью с дороги прогонять и движение регулировать. Мент водиле кричит: ты ее загоняй за пост, там закуток собачий сеткой огорожен, в нем и поймаешь! Водила давай стараться, а свинье это конечно не нравится, она скорость прибавила, но бежит в правильном направлении. А за постом будка собачья стоит. Будка здоровая, а в ней здоровенный кавказец на ошейнике, лежит, дремлет. И вот эта визжащая туша несется прямо на него. Собачьи нервы не выдерживают, пес вскакивает и начинает от свиньи удирать прямо с будкой на прицепе. И вот я вижу картину: впереди к лесу большими прыжками мчится пес с будкой сзади, за ним с визгом свинья, за ней водила, а замыкают все это безобразие менты. Ну, я дальше смотреть не стал. Думаю, пока со смеху не помер – лучше убирюсь отсюда.
На днях посмотрел передачу про Руста (если кто не помнит — это летчик, прилетевший на Красную площадь) и, наконец, решил рассказать историю куда как похлеще, благо дело, лет прошло много и главного героя уже не посадят.
Представьте себе уже далекий 1981 год. Брежнев еще жив и законы еще те, совковые. Из маленького литовского городка в славный город Питер отправляется за призывом (то есть молодым пополнением в воинскую часть) бравый капитан Толя Крамской. Так уж получилось, что в город он прибыл раньше своих призывников, так что время погулять у него было. В общежитии, куда его поселили, таких как он уже хватало для теплой компании, каковая и отправилась в поход по питерским кабакам. Далее все по русскому стандарту — литр, два, три и… ничего не помню. Утро было ясное и холодное — на дворе стоял ноябрь и лужи покрылись ледком. Проснулся Толя с тяжелой головой и долго не мог понять, где он и что с ним — и неудивительно, ведь обнаружил он себя в каком-то странного вида междугороднем автобусе, каких раньше и не видывал, без пальто и шапки, а также без денег (что выяснилось чуть позже). На соседнем сидении сладко спал рыжий бугай в роскошном пуховике. Непонятки закончились, когда после получасового пяленья в окно с абсолютным непониманием того, что все дорожные указатели не на русском языке, Толя узрел надпись — Helsinki-8km.
Пот пробил Толяна, ибо, вспомнив все, он понял, что после вчерашнего гудения в одном из ресторанов с гулявшими там же финнами, он уселся вместе с ними в автобус и благополучно переехал в Финляндию — времена были простые, и вдребезги пьяных финнов на границе никто всерьез не проверял — просто считали по головам: сколько въехало и сколько уезжает, а так как одна из жертв финского сухого закона, видимо, отстала, то число сошлось и вот — приходи кума любоваться… Ужас положения заключался в том, что по тогдашним законам офицеру Советской армии за пересечение границы однозначно светил срок (и не малый), а финны перебежчиков выдавали. Покумекав пару минут, Толик понял, что надо сдаваться самому — может, меньше дадут, и начал будить соседа, дабы узнать адрес советского посольства. Сосед оказался компаньоном по вчерашней пьянке и к тому же сносно владел русским языком. Осознав суть происходящего, финн молча нацарапал на листочке из блокнота несколько слов на непонятном Толику финском языке, присовокупил к листку 50 финских марок и сказал: «Вот сейчас выйдешь в городе на первой остановке, возьмешь такси и дашь ему эту записку — он отвезет тебя на вашу базу метеослужбы Балтфлота — она тут еще с войны стоит; я слышал, они помогают…» Совершенно одуревший от услышанного, Толя сделал все в точности — и оказался у привычного советского забора со звездами и серпами — молотами. На КПП часовой. Один. С автоматом. Естественно — «Стой, кто идет?!», и на реплики типа «Да свой я, позови начальство» одно — «Стрелять буду!» Простоял у КПП два часа (напомню — ноябрь и отсутствие пальто). Наконец, появился со стороны города какой-то мужик, оказавшимся майором авиации. Реакция на сбивчивый рассказ заблудшего капитана удивительная: «ЗАЕ.. ВЫ, АЛКАШИ!» Дальше пошло уж совсем запредельное — майор бегом протащил одуревшего Толика через КПП на летное поле, затащил в какой-то барак, усадил в какой-то чулан с метлами и сказал «Сиди здесь и чтоб ни звука, пока я тебя не заберу — если особист узнает — сидеть тебе, парень, вместе со мной…» Часов через пять, когда от жажды и желания отлить Толян почти рехнулся, появился майор и прошипел «Бегом за мной!» На робкую просьбу Толика мол, отлить бы, майор только грозно глянул. На летном поле уже крутил винтами большущий вертолет морской авиации. В вертолете — трое. На вопрос «где отлить?» небрежно — «в хвосте». Когда, облегчив душу, горемыка появился в кабине пилотов, те, так же молча, выдали ему упаковку баночного пива — видно, морда у Толяна была еще та… Понадобилось не меньше полчаса для прихода в адекватное состояние, и вот тут-то Толик спросил: «Ребята, а летим-то куда?» Ответ поверг в шок: «Да вот, кое-что надо забрать в Стокгольме, типа, почту, а потом в Клайпеду…» Ну, всякое слыхал, но чтобы военные моряки вот так запросто мотались по заграницам — этого Толе даже в пьяном бреду не мерещилось! Тем не менее, через час-полтора, вертолет исправно приземлился в Стокгольме! Летуны ушли в город, оставив Толика со словами, мол, сиди в вертушке, документов-то нет, а мы скоро будем. «Скоро» затянулось на целую ночь. Для тех, кто не знает, в вертолете (самолете) тепло только когда запущены двигатели. Ночь (уже вторая за бугром) была холодной. Короче, когда утром появились изрядно похмельные летуны, Толик был уже никакой. Даже четырехчасовой перелет через Балтику его не отогрел. Так что по прибытию в Клайпеду, он чуть не отправился восвояси, забыв, что в кармане и рубля-то нету. Но летчики оказались выше всяких похвал и выдали бедолаге «четвертной», ехать-то километров триста… Дальше было просто — появляется Толик домой, жена в радости: быстро, мол, приехал. Он в ответ: «Рехнулась, что ли, дура?! Давай шапку и куртку, я поехал!» И, что интересно, ведь успел вовремя, и шапку с пальто кореша из кабака забрали и вернули в целости и сохранности! Так вот теперь и рассудите: Руст имел самолет, одежду, документы, деньги, наконец, не имел только визы, да и пересек только одну границу. Толян не имел ничего этого и пересек границы три раза; и никто об этом не знал! Вот и подумайте, кто круче?! ;)
раньше · 27.09.2007 · позже 
